Опубликовано на: Ср, Янв 25th, 2017

За то, что Христовы

Поделиться этой

Нелегалы в своём государстве

Прошло 100 лет с февраля 1917 года, разрушившего строй огромной православно-монархической Российской империи, и 99 лет с января 1918 года, в котором на заседании Совнаркома под председательством Ленина был принят печально известный декрет об отделении церкви от официально безбожного с тех пор государства. Если бы не было первого события, вряд ли бы случилось второе, а не случись второе – кто знает, были бы или нет те тысячи жертв, чья вина была до поры невиданна на святой Руси: принадлежность к христианской Церкви,  оказавшейся в новой стране практически вне закона.

И хоть в декрете – одном из первых законов советской власти!  – утверждалось, что «в пределах Республики запрещается издавать какие-либо местные законы или постановления, которые бы стесняли или ограничивали свободу совести», судьбоносный документ верующие назвали «злостным покушением на весь строй православной церкви», и небезосновательно. По ленинскому декрету у церковных общин и всех православных организаций не только отняли всё имущество (как правило, собранное по копеечке верующими прихожанами и их предками) и право его иметь, но и разорили монастыри, закрыли все церковные учебные заведения, включая церковно-приходские школы, разрушили налаженную работу церковного социального служения (кстати, не один храм в наших местах построен усердием подобных церковных обществ) и запретили любую благотворительность. Так православные христиане оказались в положении настоящих нелегалов в демонстративно атеистическом государстве.

Священномучениче Зиновие,  моли Бога о нас!

Священномучениче Зиновие,
моли Бога о нас!

По мнению историка Ричарда Пайпса, «действительный смысл декрета означал смертный приговор церковным учреждениям. В революционной Франции духовенство после национализации земель было поставлено на государственное жалованье, а советский декрет не только лишал их казённого содержания, но и запрещал религиозным и церковным учреждениям владеть чем бы то ни было. Церковные здания и богослужебные предметы исключения не составляли. Поскольку декрет запрещал церкви брать плату за требы, духовенство оставалось без всяких средств к существованию.

Принцип отделения церкви от государства интерпретировался советской властью в том смысле, что духовенство не может действовать организованно, как единая общенациональная церковь: попытки сообщения между общинами или признание иерархии рассматривались как бесспорное свидетельство контрреволюционных намерений».

Последнее словосочетание стало поводом к физическому истреблению миллионов граждан нашей страны, и слово «контрреволюционный» в отношении взятого под арест несчастного почти неизменно означало смертный приговор. Поэтому в большинстве так называемых дел, по которым проходили верующие граждане СССР, обвинительным вердиктом значилась не религиозная пропаганда, а контрреволюционный заговор, хоть «заговорщицей» являлась безграмотная баба Марфа или безногий пожилой инвалид Федя.

Результаты декрета не заставили себя долго ждать: в 1918 году в Ставропольской епархии были казнены 37 священно-служителей, в числе которых старики Павел Калиновский (72 года) и священник Золотовский  (80 лет). Нередко убийства осуществлялись публично в сочетании с различными показательными унижениями. Например, упомянутый отец Золотовский был переодет в женское платье и потом повешен. Сразу после революции,  8 ноября 1917 года, царскосельский протоиерей Иоанн Кочуров был подвергнут продолжительным избиениям, затем убит («путём волочения по шпалам железнодорожных путей»). В 1918 году три православных иерея в г. Херсоне были распяты на кресте. В декабре 1918 года епископ Соликамский Феофан (Ильменский) был публично казнён («путём периодического окунания в прорубь и замораживания, будучи подвешенным за волосы»), в Самаре  епископ Исидор (Колоколов) был посажен на кол. Епископ Пермский Андроник (Никольский) был захоронен в землю заживо. Архиепископ Нижегородский Иоаким (Левицкий)  был повешен вниз головой в севастопольском соборе. Епископ Серапульский Амвросий (Гудко) был замучен, привязанный к хвосту лошади. В Воронеже в 1919 году было одновременно убито 160 священников во главе с архиепископомТихоном (Никаноровым) , которого повесили на Царских вратах храма. В январе 1919 года  был зверски умерщвлён епископ Ревельский Платон (Кульбуш) . Это было начало…

Храм в Усть-Каменогорске освящён в честь священномученика Зиновия

Храм в Усть-Каменогорске освящён в честь
священномученика Зиновия

Сегодня в базе, составленной сотрудниками Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, имеется более 30 тысяч имён и кратких биографий пострадавших священнослужителей и православных мирян. Среди них есть и новомученики, ещё не канонизированные из-за недостатка сведений об их подвиге. Однако даже приблизительное число пострадавших в годину гонений за веру Христову до сих пор не известно. Все они поминаются в день памяти Собора новомучеников и исповедников, в земле Российской в 20 веке просиявших. В этом году это 5 февраля.

«Ну что ж, а нам-то что за дело?» –  может возникнуть вопрос у кого-то. Ведь часто и считающие себя православными люди совсем не хотят говорить о щекотливой теме, заминая её – мол, было и прошло, это лишь избытки исторической ломки, лучше давайте обсудим, как правильно вести себя на кладбище или какой рукой передать свечу в храме, а о смерти упоминать вообще не к добру...

И правда, зачем нам знать о них?

Как замечает председатель Синодальной комиссии по канонизации святых  епископ Троицкий Панкратий, «сейчас снимаются документальные и художественные фильмы, из которых мы узнаём, что новомученики — это обыкновенные люди, они также ходили по этой земле, были такими же людьми внешне. Современникам очень важно знать о том, какими могут быть подлинные христиане. Особенно это важно знать в наше время, которое характеризируется большим распространением эгоизма и самолюбия. Люди должны знать святых, молиться святым, тем самым обретая живую личную связь с ними. Надо показывать и доказывать, что подвиг мученика — это не есть нечто недостижимое, с учётом страстей современного человека, который всю свою жизнь сводит к получению материальных выгод, а есть прямое исполнение заповедей Христовых. И мы должны поступать так, как бы на нашем месте поступил Христос».

С сегодняшнего номера мы начнём (вкратце!) знакомить наших читателей с Христовыми людьми, которые жили совсем недавно, мученически окончили свой земной путь, но сохранили себя, свою веру и вместе с ней – наш православный русский дух вопреки всему. Может быть, изучением их жизненных путей, а также их молитвами мы убережёмся от повторения неусвоенных уроков нашей долгой, часто славной, но, случается, и постыдной истории.

Многие из них уже канонически прославлены в сонме новомучеников. Среди них – священнослужители, чьи судьбы неожиданно близко связаны с нашими. Биографии гонений  священноисповедника Афанасия Сахарова и священномученика Серафима Звездинского пролегают через ишимскую ссылку и тюрьму, и о них грех не знать нам, жителям Приишимья. Другие умученные, вероятно, будут причислены к святому воинству в будущем (как, например, расстрелянный в 30-х последний афонькинский батюшка Гавриил Карпов)… Но все они, без сомнения, ныне предстоят в белых одеждах перед престолом Всевышнего, моля Его о прощении своих палачей, а нас умоляя безгласно: «Не забывайте, люди, что кровь убитых во все времена вопиет от земли!» Но мы обречены не слышать, пока не поймём главного: не поиски и казни «врагов народа», а чистая вера, искоренение собственного греха и покаянная молитва являются кирпичиками к созиданию чего-то вечного. На наших глазах  распался, как не быв, советский колосс, чьи глиняные ноги растворили горячие волны крови праведников и слёз невинных. А память о расстрелянных и упокоенных в безвестных могилах исповедниках жива. И будет жить вечно, ибо вечен Господь.

 

Зарубили за то, что священник

23 января почитается память отца Зиновия Сутормина. Он, сибиряк, практически наш земляк, родился в 1864 году в Омске в крестьянской семье. После окончания Омской фельдшерской школы состоял  старшим фельдшером в Сибирском казачьем войске. В начале 20 века горячо верующий в Бога медик Сутормин был рукоположен во диакона и служил в Воскресенском храме города Семипалатинска. В 1911 году он стал священником и служил в храме Святителя Николая Чудотворца в одном из сёл близ нынешнего Усть-Каменогорска (Восточный Казахстан), под его руководством в селе был построен каменный храм. После смерти супруги воспитывал один четверых младших детей.

К отцу Зиновию часто обращались люди не только за пастырским советом, но и за медицинской помощью, в которой он, фельдшер по образованию, никому не отказывал.После 1917 года его сельский храм был закрыт.

В 1919 году отец Зиновий согласился перейти на бедный приход в село Георгиевка Семипалатинской области, поскольку служивший там многодетный священник  просил перевести его на более богатый приход, а отец Зиновий уже поднял на ноги старших детей, да и просто привык уповать во всём на Бога.

В январе 1920 года батюшка гостил у старшего сына Ивана в селе Шемонаиха. 23 января село было занято отрядом красноармейцев, после чего сразу же начались обыски и аресты. Вместе с другими жителями села был арестован и отец Зиновий. Причём арестовали его просто за то, что он – священник. Все арестованные были приговорены к смерти и вывезены за село.

Обстоятельства гибели батюшки Зиновия остались бы неизвестны, кабы не случай. В середине 20-х годов одна из дочерей отца Зиновия Надежда Зиновьевна Кускова  проезжала через Шемонаиху на конной повозке. Вдруг возница заплакал и стал изливать душу незнакомой пассажирке. Он поведал ей страшную историю о том, как на этом месте он «хорошего человека топором зарубил». Оказалось, что в тот день, в двадцатом году, когда разыгралась трагедия в Шемонаихе, он вёз приговорённых к месту их казни. Он знал отца Зиновия и даже, по его словам, хорошо к нему относился. Большевики решили начать своё кровавое дело со священника. Ему приказали сесть на пень от дерева и снять сапоги. Далее предполагались издевательства и лишь затем – смерть. По словам возницы, для того, чтобы «избавить хорошего человека от издевательств», он, опередив красноармейцев, выхватил топор, лежавший у него здесь же, в повозке, и отрубил отцу Зиновию голову, когда тот снимал по приказу своих убийц сапоги.

В тот же день был убит его сын с женой и их 5-летний ребёнок. Они были казнены как «враги революции». Священномученик Зиновий был похоронен в братской могиле в бору под Шемонаихой. Канонизирован он был в 2000 году на Архиерейском соборе.

Екатерина Терлеева

Фото с сайтов «Древо.ру» и «Соборы.ру»



Оставить комментарий

You must be Logged in to post comment.