Опубликовано на: Пт, Мар 7th, 2014

Людмила, жена Ташата

Поделиться этой
Теги
Любовь – главное богатство доброй семьи /Фото из семейного архива Анафиных/

Любовь – главное богатство доброй семьи /Фото из семейного архива Анафиных/

       «Муж крепок по жене, а жена по мужу», – учит русская послови­ца. «Достоинства мужа прославит добрая жена, и недостатки сгладит она», – подтверждает народная казахская. О том, не устарели ли дан­ные вековые наблюдения в современной жизни, спросите у неё. Эта светлорусая красавица в косынке, привычно повязанной на казахский манер, – мама Сергея, Елены, Дианы, Айнагуль и Нурсултана. Люби­мая и любящая, по-восточному мудрая русская женщина с прекрас­ным, мягким, как мёд, именем Людмила.

ДЕТИ

       Людмила Анафина родом из Аромашев­ского района. Родилась она в те романтиче­ские годы, когда только что началось осво­ение Севера. В строители нового будущего региона записался и её отец. Дочери было тогда не больше пяти. «Смутно помню, как мы приземлились на самолёте АН-2 – аэ­ропорт, песок кругом, ну не лето точно. Я так осмотрелась вокруг печально и гово­рю: «Вот мы и приехали на Север…». Мно­го раз мне потом мама с улыбкой напоми­нала эти слова».

      После окончания школы из своего север­ного Кондинского Людмила уехала поступать в Тюменский мединститут. Но первый экза­мен провалила сразу. «Думаю: ладно, по­ступлю на следующий год. У меня же всег­да была мечта стать врачом. Детским вра­чом». Людмила, сколько себя помнит, столь­ко любит детей. Возиться с ними, водить­ся. На Севере люди селились участочками по три-четыре домика. Взрослые добывали смолу-живицу, валили лес. А дети – ведь ребятишки были всегда, чего не скажешь о детсадах – оставались с Людмилой. Лет с шести-семи она уже была нянькой для всех окрестных малышат. «Дети – для меня это было ВСЁ… Когда я уже поступила в училище, мне на проходной наша бабуля-вахтёрша предсказывала однозначно: «У тебя своих детей не будет: слишком ты чу­жих любишь». На это я ей всегда говорила: «Ну, поживём – увидим».

       В конце концов, Людмила решила: «Что ж, в институт я вряд ли поступлю. Так чем быть плохим врачом, лучше уж я буду хо­рошей медсестрой». И устроилась на пе­риод учёбы в медучилище работать сани­таркой в детское отделение Тюменской об­ластной больницы. Работала она там, где самые маленькие лежали. Причём нахо­дились они там почти все без мам. С ма­мами тогда клали только грудничков. Для остальных заботливой мамой временно становилась молоденькая медсестрич­ка Людмила.

       После Тюмени она поработала в детском отделении Северного Вагая, в детской хирур­гии областной больницы города Челябинска, пока не вернулась домой. Приехала уже с ре­бёнком на руках и неудавшимся браком за плечами. Устроилась в поселковую больни­цу, а сыночек оставался с бабушкой. Та в эту пору работала на телефонной станции, и вну­чок мирно посапывал в коляске рядом с ком­мутатором. «Первые слова его были, – смеёт­ся Людмила, – «Алё-алё! Комбинат-комбинат! Конда-Конда!»

ЛЮБОВЬ

      «С Ташатом мы познакомились в Тю­мени, он учился тогда в сельхозинститу­те. Но не восприняла я тогда наше знаком­ство серьёзно: он ведь старше меня всего на пять лет, молоденьким считала его для себя слишком. Да и жила я тогда лишь для себя и ребёнка».

       Но судьба их была настойчива, взяла и привела молодого казанского джигита по ин­ститутскому распределению аккурат туда, где жила и работала будущая его жена. И он не оплошал – ухаживал терпеливо и красиво. По­казал себя надёжным мужчиной. Тепло при­нял маленького Серёжу. Что ещё женскому сердцу нужно? К тому, что избранник Людми­лы – казах, мама её отнеслась спокойно. «Са­мое главное, – напутствовала она молодожё­на, – люби и береги её». А поскольку он при­слушался к этому совету, то жили зять с тё­щей всегда душа в душу до самых последних маминых дней.

       А вот его семья узнала, что сын женился на русской, уже когда должна была появить­ся на свет вторая их дочка Диана. Особенно страшно было отцу сообщить. Что-то будет? Как он примет русскую сноху? Поначалу мать с младшим братом приехали их проведать, осмотрелись… Благословила мать: «Ладно, живите. Не вы первые, не вы последние». Поняла, что хорошо живут сын Ташат и сно­ха Людмила: дети накормлены, в квартире ре­монт, сами себя обеспечивают. Так и налади­лась родственная связь. Стал звонить отец: «Люда, ждём вас в гости».

      Язык казахский Людмила усвоила, так ска­зать, наполовину. «Сама особенно не говорю по-казахски, но понимаю, что мне говорят, что от меня хотят, когда ко мне обращаются. Может быть, не всё. Скажете что-то плохое – что ж, это ваши проблемы, всё равно не пойму. Но ничего плохого, думаю, не говорят».

СЕМЬЯ

Людмила Анафина платок повязывает по-казахски /Фото из семейного архива Анафиных/

Людмила Анафина платок
повязывает по-казахски /Фото из семейного архива Анафиных/

      Лучше всех у них в семье по-казахски понимает старший Серёжа. Когда Ташат и Людмила собирались в ЗАГС, у него спро­сили: «Серёжа, мы с мамой будем Анафи­ны. А ты хочешь стать Анафиным?» Вось­милетний мальчик воскликнул: «Конечно, как это вы будете, а я нет?!» Так он стал Серге­ем Анафиным. Сергей Ташатович Анафин окончил пожарно-техническое училище и работает вахтами в пожарной части города Тарко-Сале. Невесту Айгуль он присмотрел на казахском празднике в Ельцово, уговорил любимую бабушку: «Апашка! Давай! Пошли свататься!». Сейчас у них дочка Настя учит­ся уже в пятом классе, а малыш Руслашка пойдёт на будущий год в школу.

      Семья Анафиных – верующие мусуль­мане. Но Людмилу никто никогда не застав­лял принимать ислам. Она была и остаётся христианкой. Но, в то же время, казахскую колбасу сама научилась делать, коврики-корпёшки мастерски исхитрилась шить. И с уважением говорит: «Я чту их традиции, по­нимаю. Для меня это закон. И супруг точно так же. Мы умеем понимать друг друга». А своих дочерей мама Людмила учит вырабо­танной жизнью мудрости: «Чтобы с мужчи­ной жить в согласии, надо уметь три вещи: уметь выслушать, уметь вовремя сказать и уметь вовремя промолчать». Быть может, отчасти поэтому в просторном доме Анафи­ных, построенном своими руками, так тепло, мирно и уютно. После смерти отца мама Та­шата четыре года жила у них с Людмилой. Бывает, съездит на недельку-другую к дру­гим своим детям, а потом Людмила выхо­дит её на крылечко встречать – та навстре­чу с такой радостью: «Я им говорю-говорю: отвезите меня уже к Люде!»

       Дочки живут в Тюмени, они умницы у Ана­финых. Одна закончила школу с серебряной медалью, другая – институт с красным дипло­мом. Все дочери – красавицы, в маму. Людми­ла с гордостью и удовольствием показывает фотокарточки с самыми её дорогими улыба­ющимися лицами. И далеко за ними ходить не пришлось – детские фотографии в кошель­ке хранятся. Знаю, многие мамы так делают. Наверное, работает подсознательная анало­гия: дети – истинное материнское богатство.

       Людмила с Ташатом, родители пятерых детей, по этим меркам точно богатые. От­дельная их гордость – внучата. Настя, Ка­милла, Руслан, Алина, Самир – вот оно, бу­дущее доброй семьи. Младший сын Нурсул­тан – правая рука отца. Он ведь даже учить­ся на заочное отделение поступил, потому что… что папа без него делать будет? «Те­хосмотр – это моё», – говорит Нурсултан. Ему сейчас 21 год. Скоро, наверное, и жену в от­цовский дом приведёт. Он, конечно же, не по­боится её показать, зная мнение мамы с па­пой: «Кого сын приведёт – любую примем, русскую ли, казашку или татарку… Главное, чтоб человек был хороший!»